Filly / Статьи / ...

Покорение корды

Автор: Наталья К

Часть 1. Чуть все не испортили!

Как только Сильвер оказался достаточно хорошо приучен к недоуздку и оповожен, я решила, что жеребенка необходимо обучить двигаться на корде.

Решить-то я решила, а вот как это сделать? С самого начала у меня был какой-то мистический страх перед этим зрелищем – лошадь, работающая на корде и выпускающая пары энергии. Представляя себя на месте кордового, я в воображении рисовала картины того, как я еду на пузе по асфальту, (снегу, сену), а впереди меня мелькают неслабые копытки моего коника. Не совсем в точности, но картинка потом повторилась и в реальной жизни, и не один раз.

Итак, совершенно не представляя себе, с чего начать (и это несмотря на то, что к тому времени я неплохо разбиралась в НХ-шной теории), я обратилась за помощью к нашей Лене-тренеру и ее детям-спортсменам: «Ребята, помогите!».
Ребята радостно согласились, и у меня где-то отлегло от сердца: слава Богу, они же поопытнее меня, знают, как надо учить лошадь.

Ну, да… ну, да…Знают…Оказалось, что эта помощь чуть не стоила нам всем здоровья: Сильвер обладал отменной реакцией и молниеносно бросался на человека с шамбарьером. Вдобавок пошла целая цепь неудач: сломанные ребра у коваля, мое письмо в «Конный мир», за которое конюшенные меня чуть не «съели».

Стандартное наше обучение выглядело так: орава людей на выходе из манежа, вооруженная лопатами, хлыстами и просто размахивающими руками, и орава же, но поменьше, держащая корду с несчастным жеребенком. Двое-трое «смелых» гоняются за ним с шамбарьером, и…Попутно коню – тогда еще жеребчику – доставалось от стоящих на выходе манежа…

Итог: находившийся в постоянном стрессе Сильвер; я, обалдевшая, мягко сказать, от подобного обучения, и толпа спортсменов, пророчащая нам мясокомбинат.

Точка.

Сильвера поместили в загон к сверстникам – попытка приучить его к конюшенному содержанию успехом не увенчалась.
Надо было многое начинать сначала.

Часть 2. Загон.

В загоне наступило долгожданное успокоение – как Сильвера, так и мое. Я опять стала думать: как же решить проблему?

Сильвер совершенно не понимал, что значит двигаться на расстоянии от меня: его тянуло ко мне как магнитом, он лез в карманы за лакомством, разворачивался ко мне передом. Попытки выслать его от себя прутиком приводили к настоящему психозу и убеганию с корды.

И я начала учить Сильвера двигаться по кругу небольшого радиуса, буквально, не более полуметра. Вставала сбоку от него, брала корду на расстоянии вытянутой руки от карабина, а свободной рукой ограничивала приближение жеребенка к себе. И так мы с ним проходили первое время полметра…метр…Я поощряла малейший успех – правильное положение тела – вдоль движения на корде, а не «ко мне передом», уступку давлению на плечо, если Сильвер при мягком нажатии отодвигал плечо от меня и не делал попытки его вернуть в прежнюю позицию…Правда, нажимать первое время приходилось достаточно сильно, мне стоило трудов не сдаваться и не уступать! Потом мы добились того, что Сильвер спокойно мог ходить вокруг меня на расстоянии полметра…останавливаться, не меняя положения тела…продолжать движение после остановки…и все это проделывать в обоих направлениях.
Похвала: убирала давление, хвалила голосом и лакомством.

К концу десятого, примерно, дня занятий Сильвер совершенно спокойно двигался шагом на расстоянии 1.5 -2 метра, делал требуемые остановки и продолжал движение. Более того, экспериментируя, я как-то раз отпустила питомца с корды, а сама попросила его продолжить движение, как будто мы с ним еще работаем на корде. И – получилось: Сильвер послушно пошел вокруг, не сбиваясь с окружности, на прежнем расстоянии!

К этому времени он уже знал голосовые команды: «Вперед», «Шагом» и «Стой».

Однако дальше этого успеха дело не двигалось: оставалась проблема аллюра – рысь. Позже присоединилась и «новая-старая» проблема – нежелание идти направо: с какого-то момента Сильвер просто вырывал из моих – и не только моих - рук корду или повод и благополучно убегал к левадам с жеребятами. Эта проблема совпала по времени с активной работой под седлом, кастрацией и малыми наземными работами.

Возникла проблема с уважением…

Часть 3. Левада.

«Классикам», едва не испортившим наше обучение, пришлось снова вмешаться: мои попытки физически удержать Сильвера на корде не приводили к успеху. Вдобавок ко всему очередной конюх сломал себе ребро, пытаясь мне помочь…Попытки выслать коня в рысь превращались в форменное родео, с разворотами головы в мою сторону, прохождение сквозь меня напролом и прочими страстями.

Все это были признаки неуважения и непризнания меня как лидера: началась переоценка ценностей в нашей паре. Подрастающий коник стал чувствовать физическое, а кое-где и моральное превосходство надо мной. Это становилось просто-напросто опасным.

И однажды лопнуло терпение Лены-тренера: «Пойдем-ка погоняем», - сказала она мне.
И мы пошли, точнее, нас завели в манеж: к тому времени Сильвер не то, чтобы идти не хотел, он вообще ничего не хотел, кроме одного: а иди ты на!..

На этот раз предложенная помощь была точной, четкой и своевременной. Я о ней не пожалела: мы отпустили Сильвера в манеже, предварительно забаррикадировав выход барьером высотой около 120 см. Стала я его двигать на свободе в левом направлении – прекрасно. Взяла на корду, отбегали мы с ним налево – просто нет проблем! Шамбарьер лишь служил указкой – «движение не прекращать!». В рысь подняли легко, расстояние держал сам и без особых подсказок. Через некоторое время устроили перерыв, похвалив Сильвера, отпустили, развернули направо.
Какое-то время он побегал со мной, потом стал озираться вокруг: куда бы удрать, ведь я бегу направо?! Но совместными усилиями с Леной мы Сильвера удержали, снова взяли на корду, выслав направо – и тут он нам выдал!! Резко мотнув головой наружу, вырвал корду из моих рук, запутавшись в ней, оборвал ее окончательно и, развернувшись головой к обожаемому им выходу из манежа, пробил барьеры, разломав стойку и – был таков!

Сказать, что мы опешили – это ничего не сказать!
Ну, а что ж делать? – признавать поражение было нельзя ни в коем случае, Сильвера снова ввели в манеж и продолжили работу направо. Держали крепко и требовали строго. Нет, жестокости и бездумности, какая была летом, не было и в помине. Но когда Сильверу стали понятны наши требования, все разом прекратилось.

Что это было такое, что это за «бзик», до сих пор никому не ясно. Если бы он как-то был связан со зрением…Так ведь по настоящее время данной проблемы не существует в принципе! Возможно, причина в том, что однажды летом Сильвер сорвался у меня с повода, когда мы с ним двигались направо, и он не просто убежал, а пробежал сквозь меня так, что я шлепнулась и перевернулась в манеже? Не знаю.

Итак, прогресс, начавшись, продолжался уже в обучении на свободе, в леваде, куда я с некоторых пор стала выпускать Сильвера - отбегаться, т.к. могла приезжать только после работы и не надолго. Сначала он бегал самостоятельно, а потом я стала активно вмешиваться в то, как проводит время мой питомец в леваде: вооружившись трещоткой-бутылкой пластиковой, я направляла Сильвера то в одну, то в другую сторону, первые 10 минут давая ему просто «выпустить пар», а потом постепенно вводила свои требования: я заметила, что по прошествии некоторого времени Сильвер начал подавать мне сигналы о том, что он принял мое лидерство – замедлял движение, опускал голову, жевал губами. Естественно, все это я моментально поощряла: прекращала требования, сама расслаблялась, переставала двигать Сильвера. Потом осторожно приближалась к нему, гладила, хвалила, угощала лакомством, так что через некоторое время Сильвер стал понимать те или иные мои действия.

Высылая Сильвера в движение, я активно использовала голос: команды «Вперед», «Рысью» (он прекрасно знал эту команду по работе под седлом), включила новую – «Галоп». Тогда же я применила жесты - скажем, двигались налево: в моей левой руке ничего не было, она указывала Сильверу направление движения, как бы открывая ему дорогу налево. В правой руке была уже свернутая корда, и рука смотрела в сторону задней части коня, как бы ограничивая его передвижение в противоположную сторону. Вращение кордой я почти не использовала, просто потому, что это не потребовалось. Для начала движения достаточно было вытянуть правую руку к заду, левую вдоль движения, сказать «Вперед», «Шагом» или «Рысью», как Сильвер начинал движение в требуемом аллюре. Более того, заметив однажды, что он описывает небольшие круги вокруг меня, я тут же это поощрила голосом, прекратила требование и угостила лакомством: так мы вновь восстановили навыки работы «на воздушной корде».

Если мне что-то не нравилось в поведении коня, или его работа меня не удовлетворяла, или он проявлял явные признаки неуважения…справляться с этим было очень легко и достаточно эффективно: требования на свободе усиливались максимально, т.е. Сильвер бегал вокруг меня до тех пор, пока не подавал признаков послушания, о которых я написала выше.

И после каждого свободного урока я брала Сильвера на корду – минут на 5-10, и этого было вполне достаточно для начала. Все, что мы с ним делали на свободе, мы просто повторяли на корде, постепенно увеличивая радиус движения, совершая переходы шаг – рысь - шаг –остановка. Все мои требования были маленькими, "по чуть-чуть", с обязательным прекращением давления после правильно выполненного действия. Конфликтов по поводу правого направления не возникало в принципе.
Движение в поводу восстановилось до безопасного: больше не было страха, что Сильвер, рванув повод, вывихнет мне суставы или свалит с ног.

Добавились игры в деннике – и тоже на уважение. К примеру, «Йо-Йо», Дикобразная Игра.

Статус кво, пошатнувшийся было с осени, начал восстанавливаться: Сильверу пришлось считаться со мной, и это оказалось не так уж и плохо для нас обоих!

Оставалась еще одна проблема: перемена направления в движении на корде и страх работы на корде в манеже. До сих пор мы работали с ним только в леваде, но ее все чаще стали занимать другими лошадьми, и нам надо было учиться в других условиях.

Часть 4. Манеж.

С разворотами (переменами направления движения на корде) мы разобрались, приблизительно, за два дня работы в деннике - я просила Сильвера двигаться вокруг меня на коротком чомбуре, а потом стала просить разворот, который технически выглядел как ролл-бэк.
Вот как он выполнялся у нас: скажем, мы шли налево; чомбур у меня в левой руке, она вытянута в направлении движения, правая указывала на заднюю часть Сильвера. Готовясь к развороту, я брала чомбур двумя руками, перекладывала его в правую руку, подтягивала немного к себе, и как только нос Сильвера разворачивался ко мне, освободившейся левой «перекрывала» Сильверу движение, вытянув ее поперек груди Сильвера. Правая рука при этом устанавливалась в положение, указывающем движение, т.е. направо.

В общем, выглядело это все как действия регулировщика на перекрестке. По описанию кажется сложным, а на деле очень просто и быстро. Сильвер вначале опять-таки пытался сопротивляться давлению на недоуздок – обучала я его разворотам на недоуздке, - но через некоторое, очень небольшое время, уступил: я поощряла его сразу же после разворота, остановив и похвалив, после чего просила, как обычно, продолжить движение в новом направлении.

Итак, нам предстояло пойти в манеж.

Хорошо было то, что я приучила все же Сильвера к манежу во время заездки: заходить туда мы могли достаточно спокойно.

Теперь следовало научиться работать там и на корде.

Когда однажды мы рискнули и зашли, я стала просить обычное движение шагом – Сильвер его послушно выполнил! Через некоторое время я попросила остановку – она тоже была выполнена. Затем снова шаг. Рысь. Остановка. Шаг. Рысь. Все делалось маленькими отрезками, с постоянным поощрением голосом и лакомством, поглаживанием.
В спокойном состоянии работа в манеже не представляла трудностей. Сложно было справляться с нервозностью коня: мы часто работали по темноте, в тусклом освещении, звуки, доносившиеся из-за наружной стороны манежа, пугали коня настолько, что он срывался в галоп, подскакивал на месте, козлил, но уже не пытаясь непременно достать меня.

Решение проблемы пришло неожиданно: я прочитала рекомендации о том, что, работая лошадь на корде, желательно не стоять самому на месте, а двигаться по небольшому кругу вместе с ней, постоянно привлекая к себе внимание животного, мягко работая рукой с кордой, и тщательно следя за своим общим спокойствием и расслабленностью. Применив все это, я стала получать положительные сдвиги в наших отношениях в манеже: конь охотно двигался по всему периметру манежа, отзывался на мои просьбы – остановки, замедление, движение по прямой, перемена аллюра.

Внезапные звуки или какие-то другие внешние помехи сейчас значительно меньше выбивают нас из колеи: я остаюсь спокойной, продолжаю работать, как ни в чем ни бывало, и Сильвер, чувствуя мое состояние, быстро восстанавливается до прежнего рабочего состояния и мы не прерываем начатое движение.

Для того, чтобы прекратить у Сильвера какое-то нежелательное действие, я использовала – опять-таки с подсказки! – осаживание, и весьма успешно, хотя поначалу Сильверу ох, как не хотелось мне уступать! А теперь к этому добавились еще и развороты. Правда, мы их делаем еще на шагу, не на рыси, но – у нас все еще впереди. Как и обучение галопу на корде.

Самое главное то, что корда, наконец, нам покорилась: Сильвер может работать не хуже, а в чем-то даже и лучше остальных наших лошадей, и я не требую от него простого бегания – наматывания кругов, мне важна совместная работа со своим конем.

в начало

Рейтинг@Mail.ru
Находится в каталоге Апорт
Лошади и конный
спорт
КонеТоп