Большое приключение или путешествие с Тётей Дётей, кобылой и железным конем в
поисках деревни Елизарово.

... Спой мне о чем-нибудь на ужин...,
Спой мне чтобы было страшно,
Чтобы было щёкотно...
("Щёкотно", Агата Кристи)

Глава 1. Оптимистическая.

Все началось одним жарким июльским утром. Сидела я у себя на работе, проверяла почту. Среди прочих писем мне прилетели две строчки от Катрин: Я иду со своими конями в ночное, присоединишься к нам?
Не раздумывая я согласилась. В ночное - это же мечта! Мне представлялось поле, которому нет ни конца, ни края, с коротенькой мягкой травкой, костер с тянущимся к звездам дымом, группка людей у этого костра, смеющихся, рассказывающих интересные истории... И они самые, лошади, не привязанные, пасущиеся небольшим табунком неподалеку от костра. Лошади фырчат в темноте, костер потрескивает, и в темноту взлетают мириады искр!...
И тут же возникла другая мысль: Троицк не так далеко от Тропарево, где стоит моя кобыла Халла. Понятно? Да. Именно это мне и пришло в голову.
Когда начался обеденный перерыв, мы с моей подругой Наташкой (по прозвищу Дётя) как обычно отправились на улицу, чтобы подкрепиться сендвичами с ветчиной. В лифте я так задумчиво спросила Дётю: "Интересно, 20 км - это много или мало?"
"Смотря для чего..." - удивленным голосом ответила Дётя.
Через 15 минут мы уже договорились о том, что я поеду к Катрин на Халле, а Дётя рядом с нами на велосипеде. На железном коне. Дётя, правда, не была уверена, что велосипед не увезен на дачу или, что еще хуже, на дачу к ее племяннику, но мы обе загорелись этой идеей. Мы решили, что в походе нам пригодится фонарик, поэтому в магазине игрушек обзавелись смешным маленьким фонариком, который несмотря на свой вид светил как само солнце!
Было бы очень классно, если бы все удалось, мечтали мы.

Глава 2. Пессимистически предостерегающая.

"Вот две дурочки! Самое место, чтобы двум девушкам гулять!"
(моя мама)


Я знала, что моя мама будет против такого похода. Конечно мы с Дётькой всегда любили гулять в экзотических местах, и когда возвращались, с горящими глазами рассказывая как дошли пешком от Киевской в Крылатское, слышали укоризненное то, что здесь приведено в качестве эпиграфа. Но путешествие на лошади невесть куда, да еще через МКАД... родительские нервы надо беречь, они не восстанавливаются, так что я решила покривить душой. Поедем, но на маршрутке, а там мне дадут лошадку.
Дело было за малым: нужно было достать велосипед. Оказалось, что пресловутый Дётин велик лежит в разобранном виде на даче у племянника. Мы опросили всех друзей, у кого в принципе мог быть велик, но ничего из этого не вышло. Уже было решили, что поедем к Катрин на автобусе, а путешествие с кобылой оставим на другой раз... И совсем ни на что не надеясь, я спросила у самой Катьки, есть ли у нее велосипед и могла бы она нам его одолжить для такой поездки. "Да, конечно, - сказала она.- я привезу его вам в Тропарево".
На следующий день, правда, Катька не смогла привезти его. И нет бы нам на этом успокоиться. Мы договорились, что приедем к ней этим же вечером и заберем велосипед сами.
Прибыв после работы на Теплый Стан, мы, разумеется, вышли в самый дальний от остановки выход. Все 4 человека, которых мы по очереди спрашивали как добраться до Троицка, называли нам все новые номера маршруток и направляли нас каждый раз на разные остановки. В результате мы попали-таки в нужную нам очередь, казавшуюся самой длинной и безнадежной. Тем не менее, минут за 15 мы подошли к цели. Сели вперед, нам нужна была хорошая панорама, чтобы четко наметить маршрут. Накануне я уже ездила на кобыле до МКАДа по газонам, первый участок пути был очень даже симпатичным, там легко проходила и лошадь, и велосипед. Когда же я подъехала к самому МКАДу, который мостом проходит над улицей Профсоюзной, я пришла в ужас. Мост этот казался безнадежно широким, на улице Профсоюзной казалось чрезмерно много машин, а дорога под мостом представлялась серо-желтым пропыленным туннелем. Тогда я просто не представляла, как можно в принципе там пройти с лошадью. Когда же мы ехали на маршрутке, мост показался достаточно узким... Нет, подумали мы, все же мы постараемся.
Дальше мы ехали вдоль широких тенистых обочин, отгороженных редким рядом деревьев от живописных полей. Деревья отбрасывали тень на обочины, на которых была ровненькая свежая травка. Я окончательно уверилась в мысли, что кобыла сможет преодолеть этот путь.
Мы ехали где-то полчаса. Со всеми остановками. 20 км - подумаешь! По дороге я раза 2 спрашивала водителя, скоро ли остановка "Школа". Наконец, она появилась из-за деревьев и мы вышли. Вооружившись планом, который нам нарисовала и прислала по мылу Катрин, мы пошли в пункт назначения. План сопровождал подробный рассказ на отдельном листочке, который я сразу, почему-то, убрала в сумку. Ох, зачем только я это сделала?!
Мы шли четко по схеме. На плане было нарисовано, что нужно обогнуть поле, завернуть за его правый угол. Мы так и сделали. Там была еле заметная тропинка, но мы подумали, что это, должно быть, самый короткий путь, поэтому это обстоятельство нас ничуть не смутило. У Дёти были неудобные босоножки, в которых она на первой же кочке больно подвернула ногу. Мы еще тогда посмеялись, сумеет ли она крутить педали только одной ногой...
Завернув за "угол" поля, мы наткнулись на овчарку, которая в 2 скачка оказалась около нас. Овчарка басом убедительно просила нас вернуться назад. Мы встали, не зная, что делать... Впереди на дорожке стояла бабуля, хозяйка овчарки, которая также посоветовала нам вернуться... Честно сказать, если бы не они, мы бы сбились с пути еще тогда. По дороге обратно, на той же кочке споткнулась и я.
Мы перешли мост через Десну, и вскоре углубились в лес. Тропинка была ровная и хорошая. Мы еще подумали, что здесь можно было бы и рысью поехать немного, правда Дётя с трудом представляла себе, как она проделает этот путь на велике. Вот, показался означенный на плане забор ДСК "Творчество", который мы без тени сомнения обогнули. Какие-то на плане виднелись в этом месте закорюки, я их приняла за домики и мы пошли дальше. Катька ждала нас с 8 до 9, как мы договорились, времени было 8 с копейками.
Забор закончился, слева в овраге показался ручей. К нему то там, то тут сбегали вниз тропинки одна другой круче. Мы стали искать самую пологую. На плане были горбатые мостики, мы же видели только палки, положенные через ручей. И это опять не вызвало у нас должного сомнения... Мы нашли-таки пологий спуск, с большими трудностями перепрыгнули на другую сторону ручья и смело зашагали по дорожке наверх. Впереди прямо в центре композиции лежала навозная куча, что придало нам уверенности.
Было без немногого 9. Лес поредел и сквозь деревья проглянул коттеджный поселок. Слава богу, подумали мы, добрались, наконец. ДСК располагался к нам углом, но не так, как было показано на плане. Стрелочка уходила на дорогу, и дальше описание заканчивалось. Мы подумали, что найти нужный дом не составит труда, и зашагали на улицу между коттеджами. Странно, но дома 27 мы не увидели. Мы спросили у местных, они не знали, где находится дом с таким номером. Там были дом 20, дом 18 и дальше по ходу 24, но 27... А по какой улице? Мы не знали. Как же это вы так, улицу не спросили? Нет, мы шли к Катрин, у которой 2 лошади. Аааа! 2 лошади! Так бы сразу и сказали. Видели мы 2 лошадей, один из них черный... - да-да! - на них еще женщина ехала. Это вам надо вон там вот повернуть, потом направо до желтого забора и там дальше немного. Мы улыбнулись, поблагодарили любезного дяденьку и направились в указанном направлении. Когда было уже 9 часов, мы добрались до нужного нам дома, но номера 27 на нем не обнаружили.
Странно. Более того, мы не обнаружили и чего-то, похожего на конюшню, видневшегося над забором. Ничего, подумали мы. Наверное, тот первый что-то немного напутал. Мы подошли к другим дяденькам. Они направили нас еще дальше вглубь участков. Самое интересное, что там номера участков были 100-какие-то, половина домов еще только строилась, и нигде, абсолютно нигде номера не висели на видном месте. Людей на улицах также было немного, поэтому спрашивать было особо не у кого.
Так мы блуждали целый час. Совсем сбились с ног, устали, времени уже было около 10, мы совсем отчаялись... Далеко от Москвы, в незнакомом месте, полчаса до того, как начнет темнеть... мобильных у нас еще не было, позвонить мы не могли, надо было как-то решать головоломку... надеясь, что дома нам не устроят в прямом смысле головоломку за поздний приезд. Вернувшись снова туда, откуда мы начали путь, мы уже чуть не плача, нашли некоего Валеру, который "здесь самый главный". Валера и еще один человек искренне хотели нам помочь, принесли телефон, мы пытались дозвониться до Катрин, но наши попытки не увенчались успехом... Дяденьки отправили нас на проходную. Там нас попросили показать им план, как и предыдущие люди пытались смотреть его вверх ногами, и как и остальные, услышав "проходим мимо ДСК "Творчество", обрадовались "а, так вам в Творчество!". Нет! с отчаяньем отвечали мы. Нам не туда, а мимо. Несмотря даже на то, что один из прохожих был уверен, что именно в Творчестве живет девушка, которая ездит с 2 лошадьми. В доме 25, нет, точно 27.
Наконец, план в руки взяла Дётя. Повертела его, поизучала и говорит: а что это за надпись КПП? Да вот, у ворот в "Творчество"...
...
Последовала минута молчания. Те закорючки были не домиками, а словом КПП...
- Как вас зовут-то хоть? - поинтересовались с проходной, когда мы собирались в обратный путь.
- Две дурочки! - ответили мы.
- Куда же вы на ночь глядя по лесу пойдете! Давайте найдем вам попутку и отправим в Москву!
Нет, мы пошли к Кате. В лесу стемнело, мы почти не видели куда идем. Несмотря на всю усталость, мы со всех ног летели сквозь корни под ногами к заветной калитке.
Калитка уже была закрыта. Охранник настороженно посмотрел на наши измученные лица и впустил нас внутрь. Через ручей на территории Творчества был горбатый мостик УРРРААА!!!!! И дальше по схеме все выглядело очень понятным. 27 значилось большими цифрами на воротах. Я еще тогда сказала Дёте, что, видимо, кто-то очень против того, чтобы мы затевали эпопею с путешествием на кобыле. Сначала Дётя не могла найти велик, потом Катька не смогла привезти свой, потом мы один раз сбились с дороги, другой раз сбились с дороги... Казалось бы - давно пора просто успокоиться и не забивать себе голову ерундой.
Но нет, мы не сдавались!
Катрин встретила нас фразой "ну вы, блин, даете!". Действительно, было уже пол11, она уже собиралась ложиться спать, а тут появляются из темноты... Короче говоря, велик мы брать не стали. Катька пообещала доставить его в Тропарево в самое утро путешествия, и мы со всех ног понеслись по короткой дороге к остановке на шоссе. Автобус должен был там пройти даже в такой поздний час.
А теперь представьте себе на минуточку картинку: две девушки, одетые по-офисному, сломя голову несутся ночью по лесной дорожке! Из леса тропинка привела нас к гаражам, через которые мы пронеслись на одном дыхании, а потом и на шоссе, к автобусной остановке. Кроме нас там постепенно собралось еще 4 человека, из чего мы заключили, что последний автобус еще не уходил. Это подтверждало и расписание. Было 11.

Глава 3. Приключенческая.
Точно: абориген - вояджер!!! :-))))))))))))))00 (-)
(Mir, скопировано с форуме horse.ru)

Когда я была маленькая, я слышала выражение "наврать с три короба" исключительно как "стрекороба". Знали бы вы, какой стрекороб я наврала моей маме!... Дёте было врать особо некому, т.к. ее родителей не было дома. Мы договорились, что к 10 утра Катюха подвезет нам велик к воротам зоны отдыха Тропарево. К этому времени мы должны были быть уже собранными, сесть и поехать еще до жары. Синоптики грозились 30 градусами. Правда, только в тени. Сколько было в тот день на солнце, я думаю, они просто боялись произнести вслух... Я приехала на конюшню еще свежим утром. Наше Радио играло мои любимые песни и под них я очень быстро почистила Халлуню. Седлать ее я пока не стала, а к 10 часам пошла к воротам, т.к. Дётя еще не пришла. Ладно, подумала я, сама подвезу велик к конюшне, Дётя как раз и подойдет. Минут через 10 меня окликнула Катрин, и я встала из травы, где сидела. Оказалось, что ей удалось доставить велик прямо к двери конюшни пока меня не было. Через какое-то время появилась и Дётя, заблудившаясяпо дороге до конюшни.
Итак, загрузив под завязку сумки по бокам великиного заднего колеса, поседлав кобылу и попрощавшись со всеми, мы выдвинулись в путь. В 11 часов. Первые 40 минут наш путь пролегал по тенистому Тропаревскому парку и широкому ровному газону вдоль остатка ул. Профсоюзной. Беда была только в том, что у Дёти постоянно соскакивала цепь, а когда ее удавалось поправить, начинала настолько пронзительно скрипеть, что мы решили ее смазать в ближайшем же автосервисе по ходу.
Выехав на ул. Теплый Стан, мы сначала долго шагали. Дётя все время нас обгоняла, из-за чего кобыла начинала нервничать, т.к. она успела сориентироваться, что тот странный скрипучий агрегат впереди - ее новая компания. Поэтому на газоне я решила догнать и перегнать велик галопчиком, что Халке вполне понравилось. И тут нам навстречу показалась девчонка из Узкого верхом на игреневой лошадке. Мы улыбнулись друг другу, поздоровались, обменялись вежливыми фразами и поехали каждая в своем направлении. Знаете, было так смешно: встречаются два кентавра, возвышаясь над толпой, и обмениваются приветствиями!
Совсем около МКАД на ул. Профсоюзной находится пост ГАИ. Ну, ГИБДД. В то утро около него прохаживался мент, которого нам предстояло очаровать... Мы еще заранее обсудили, что раньше не давали взятки. Дело в том, что Лёша из нашей конюшни развеял мои сомнения относительно сложности перехода под МКАДом, сказав, что это - платная услуга тамошних ментов. Ну, полтинник дашь им, сказал Леша, дескать, они уже много раз на ту сторону водили походы одного дня. Я ехала чуть впереди, поэтому держать речь предстояло мне... Что же сказать?

- Извините, пожалуйста!
- Вы ко мне?
- Нам бы перебраться на другую сторону МКАД!
- Зачем? Это не возможно!
- Нас пригласили в поход, мы туда и едем. Нам правда очень нужно!
Мент ухмыльнулся и зашагал вперед. И перекрыл движение, чтобы мы могли пройти. И даже ничего с нас не взял, поспешно ушел.
Итак, нам предстояло преодолеть 2 петельки съездов со МКАДа и 2 дороги, вливающихся в Калужское шоссе. Первую петельку нам перекрыл мент. Уже хорошо. Не знаю, почему я все еще сидела верхом. Странное решение. Велик ехал впереди, но Халла стала нервничать и пытаться развернуться назад, да так, что своим ожиревшим от хорошей кормежки задом перегораживала 2 полосы! Какой там повод! Какой там шенкель! Она рывком развернула меня назад и ... прямо на нас смотрел огромный монстр... грузовик немыслимых размеров, который ехал за нами... Грузовик плавно притормозил, я в долю секунды сползла с кобылы и повела ее в поводу. Халла заметно успокоилась. Время от времени, я ободряла ее сахарком.
Знаю, что нельзя, т.к. кобыла некованая, но почти весь участок под МКАДом мы пробежали рысью в поводу. Аккуратненькой, тихенькой. В дырках между машинами нам удалось преодолеть все съезды с МКАД и выбраться к заветной обочине, где нас уже ждала Дётя с великом. Мы бежали вдоль металлического заборчика, останавливались перед дорогой и ждали дырки между машинами, в которую бежали опять же рысью. Преодолев этот кошмар, мы решили выбраться на поле, передохнуть. В просвете между деревьями, куда мы направились, Дётя зачерпнула полные кроссовки воды, которой там не было заметно заранее... Халла просила попастись, поэтому я стащила с нее седло и дала ей поваляться в высокой жесткой траве и покушать. На ее зажравшейся морде сразу же расплылось довольное выражение.
Дётя переодела майку на более легкую, а я наконец попила водички из фляжки. Посидели мы так минут 15, и я начала седлать Халку. После таких переживаний кобыла совсем не хотела покидать сочную траву. Пришлось прикрутить ее кордой к столбу с острыми бетонными углами, об которые она с досады провезла мои руки. Нам обеим было жарко, мы обе немного сомневались в успехе экспедиции, но я, в отличие от нее, страдала оптимизмом. Халла же смотрела на вещи вполне трезво. И настойчиво предлагала не идти дальше этого поля, сбросив наше тяжелое троеборное седло, которое я с такими муками водружала ей на спину.
Поле мы прошли странным зигзагом, стараясь обогнуть валявшиеся там железяки. Бедная Тетя Детя тащила велик по бездорожью, изредка сетуя на судьбу. Это был, пожалуй, единственный участок за всю дорогу, когда я слышала от Дёти жалобы. Мы добрались до Автосервиса, где пока одни смазывали цепь, другие предложили установить кобыле магнитолу или кондиционер. Мы, правда, сочли это излишним, а попросили водички для Халлуни. Гостеприимные работники автосервиса не отказали нам и полведерка было оприходовано.

Глава 4. Изнуряющая.

"Жара-жара
Жаренное солнце больших городов"
(Чичерина)


Жаркооо.... Дётя уезжала далеко вперед, а потом ждала нас на лавочке на остановках автобуса. Кобыла вспотела и начала капризничать. Хлыстик куда-то делся, я уже и не помнила, куда. Приходилось обходиться шенкелем. Знаете, что это такое, когда КАЖДЫЙ шаг нужно толкать лошадь вперед, одновременно не давая ей сворачивать в сторону? Я вымоталась довольно быстро. А подходящих хлыстов вокруг не росло, как назло. Первое время помогало как следует долбануть шенкелем. Хватало на несколько шагов, пока Халла не начинала снова тормозить и пытаться свернуть направо, в сторону деревьев. Нет, не поесть... А поскакать во весь опор в сторону родной конюшни. Пару раз ей удавалось-таки развернуться на 180* и я останавливала ее с первых шагов галопа.
На первую автобусную остановку я приехала в таком состоянии, что трудно описать. Я готова была убить мою самую любимую лошадь! Поэтому я тоже села на лавочку и привязала Халлу к поручню. Там была тень, но прохладнее не становилось. Просто хотя бы не так пекло. Мы провели там где-то полчаса. За это время Халка обсохла, я немного привела себя в чувства, сорвала хлыстик, а Дётя отдохнула. С хлыстиком наш дальнейший путь стал намного проще.
Вода во фляге закончилась... Солнце стояло в зените. Тени просто не было, вчерашние тенистые обочины были весьма обманчивой штукой. Участки пути, где было много асфальта, мы преодолевали в поводу, равно как и узенькие обочинки с мелкими камушками. Копыта выстукивали вот-две-ду-роч-ки-вот-две...
На очередном отрезке пути я встретила колодец. По моим подсчетам, Дётя должна была уже съехать с горки и забраться на склон вверх. Я слезла с кобылы и привязала ее кордой за недоуздок, надетый под уздечку вместо капсуля, к какой-то железной трубе. Самое смешное было, что я совсем забыла, как спускают в колодце ведро... Почему-то я решила, что за цепь. Логично, что вскоре цепь вырвалась из моих рук и ведро, загрохотало вниз по колодцу... Краем глаза я увидела Халкин ошарашенный взгляд... Кобыла рванула головой, недоуздок, который я накануне перешивала, порвался, и лошадь со всех ног понеслась на шоссе... Помню, как я закричала от ужаса... Скорее, скорее... Халла немного проскакала по встречной полосе, сориентировалась и перешла на нужную.
Она бежала впереди колонны машин, гордо подняв голову и поставив вертикально хвост... Я бежала за ней, пока не почувствовала, что сердце стучит в горле... Я была в отчаянии. Догнать ее я не могла... Халла! Халла!... кобыла не слышала. Или не хотела слышать. Я выскочила на проезжую часть, сделала жест рукой... меня пропустили.
- Поймай машину! - посоветовала сочувствующая тетенька, сидевшая где-то там на лавочке.
Увидев мои дикие глаза, затормозила какая-то машина. На шоссе образовалась пробка. Мы лавировали между машинами, пока водитель не сказал: поймали твою лошадь! Два человека держали ее за повод и успокаивали. Я подбежала к ней и бросилась ей на шею... у меня не было слов...
- Твоя лошадь?
- ага...
Живая!... Снова со мной! Фууууххххх!!!
Все сидевшие по краям дороги смотрели на нас с облегчением. Они все радовались за нас. А я счастливая улыбалась им. Около колодца стоял человек, державший нашу корду и остатки недоуздка. Он набрал мне полную флягу. Кобылу напоить не удалось, зато я сразу полностью прочувствовала, что такое живительная влага.
Под горкой нас ждала Детя. Все в порядке? Я рассказала ей все как было. Давай больше не разделяться на такое расстояние, попросила я. Дёте это было нелегко, но она согласилась. Ледяная вода из колодца досталась и ей. Вскоре показался мост. На плане, который нам дала Катрин, мост был уже совсем рядом с поворотом, чему мы несказанно обрадовались. Теперь я знала, что опасные участки дороги кобылу нужно вести в поводу. Детя доехала до конца моста и остановилась на обочине. Около нее стояли два каких-то типа с мотоциклом с люлькой. Не знаю почему, но издали они напомнили мне ментов. Я даже разозлилась! Что им еще от нас надо! Мы с Халкой подошли к ним совсем близко, оба пристально на нас смотрели... Хаа! Я узнала их. Это были ребята из Узкого, Сергей и Алексей!
- Пить хотите?
Наш взгляд говорил сам за себя. Ребята засмеялись и отлили нам в бутылочку своей водички. Она была не очень холодной и к тому же сладкой, но очень нас спасла. Мы недолго постояли с ними, обменялись впечатлениями от дороги и распрощались. Самое ужасное, что ребята разуверили нас: мост, который мы только что преодолели, был не тем, на который мы подумали... Там был впереди еще мост.

Глава 5. Яблоко

"Когда довелось нам до цели дойти,
К чему вспоминать нам о ямах в пути?"
("Доволен я малым" Гроссмейстер, песня).


Со второго моста мы увидали потрясающую вещь: купающиеся в Десне залезали на трубу, проходившую на приличной высоте над рекой, потом на какие-то канаты, по диагонали уходившие еще выше, и сигали оттуда рыбкой в воду. Мы даже на какое-то время остановились посмотреть на это.
Не помню, до моста или после, мы увидели справа от нас деревню, куда свернули, чтобы напоить коней. На улице сидели маленькие девчонки, с любопытством глазевшие на лошадку. Мы попросили у них водички и одна из них побежала домой. Халла тем временем занялась ветками у себя над головой. Вскоре девочка показалась с пластмассовым ведром воды. Халлуня опустила туда нос и замерла. Просто стояла без движения с погруженной в ведро мордой. Видно было только как уровень воды достаточно быстро снижается. Вскоре лошадь оторвалась от ведра и зачавкала. Допила все до последней капельки. Вынесли еще воды. Халка выпила еще половину. Я предложила прокатить девчонок кружочек в знак благодарности, но они все боялись. Только та, которая приносила нам воду, с радостью вскарабкалась в седло.
У Халлы сразу прибавилось сил, я это почувствовала. Мы сравнительно легко доехали до тенистого леса. Дётя, ехавшая немного впереди, буквально запрыгала на велике: мы проезжали отметку 34 км - нужный нам поворот, где меня осенило, что у Дёти в сумках на велике лежит 2 сочных большущих яблока. Это было что-то божественное... Огрызок, разумеется, достался Халлуне. Мы остановились около магазина, чтобы купить еще водички. Детя оставила мне свой велик со словами: тебе что? Воду? Мороженое? Я рассмеялась... было невозможно поверить в это, мы будто добрались до тенистого оазиса с прохладной водой, преодолев километры пустыни!
Кобыла стояла гнедо-чалая. По всему корпусу у нее были белые треугольнички вспотевшей и высохшей шерстки. "20 км. она у тебя пройдет шагом и рысью за 3 часа, - уверял меня Майор, к которому я накануне обращалась за советом, т.к. уж кто-кто, а он в походах понимает. - Даже не запыхается!" На всю дорогу мы потратили 5,5 часов. Конечно, сюда добавились 3 раза по полчаса отдыха, усталость от жары и то обстоятельство, что всей дороги там было все же побольше, чем 20 км. Ира из Реннена на следующий день сказала, что там было ориентировочно 30 и что из-за 2 дней не стоило затевать такое.

Глава 6. Поля, поля...

Полюшко-поле
Полюшко широко поле
Ехали по полю герои...
(песня)


Мы приехали к Катрин к 4 часам с копейками. Горбунок как раз расчищал и ковал Буньку. Буян терпеливо стоял в аккуратненькой леваде, а Халла располагалась в его деннике. В тени, с большим количеством опилок кобыла чувствовала себя вполне комфортно. Она сразу же повалялась и отфыркалась.
И вот, мы снова сели в седло. Катрин на Буньку, Горбунок на Гошку-Геолога и я на кобылу. Класс! В компании двух в меру упитанных меринов в самом расцвете сил, Халлуня уже не упрямилась. Было ясно, что устала, но держалась она молодцом. Немного прошагнув по асфальту, мы забрались в ельник, который сплетался острым замысловатым узором вокруг нас. Вскоре мы продрались сквозь него и выехали на ровное широкое поле, которому, казалось, не было ни конца, ни края... Вокруг него шла проселочная дорога, на которой то там, то тут были лужи. Катрин предложила поехать рысью. Я сразу же вспомнила, с каким трудом Халке дается преодоление каждой лужицы. Ты не понимаешь, лошади там тонут! - каждый раз уверяет она меня. И мы долго стоим и стараемся друг друга переубедить. Здесь же шел Гошка, чей хвост Халка сразу же выбрала в качестве ориентира. Уже ничего не было страшно, усталость она не чувствовала.
За рысью начался галоп. Быстрый полевой галоп. Я поразилась, насколько охотно кобыла сорвалась с места. Нет, играть она не пыталась, но скакала так, будто дороги в Троицк на самом деле не было, а она просто приснилась ей в кошмарном сне. Небольшая рысь, шаг...
- Дай закурить!
Горбунок протянул Катьке сигарету, покачав головой. Катрин только хитренько улыбнулась. Пока она курила, мы шагали и трепались о том, о сем. Лошади отдыхали. Удивительно, но Халлуня даже не вспотела. Катька докурила и мы снова понеслись галопом. На этот раз очень быстрым полевым галопом... Я сидела на полевой посадке и думала про себя, что вот она, та граница скорости, после которой я кобылу уже не остановлю... До того, как попасть ко мне, она год ходила в прокате и научилась разносить. Отучить-то я ее отучила, но иногда все же "прорывается". И тут я увидела, как Катрин резко наклоняется вперед, Горбунок тоже... Расстояние между нами на миг стало больше, а потом я почувствовала, как все Халкины мышцы сжались, и она забарабанила ногами по земле. Я как всегда держала повод в одной руке, а второй держалась за гриву посередине шеи. Иначе бы меня, наверно, сдуло ветром. Уже ничего видно не было, ветер выдувал слезы из глаз.
- Куда же вы?!!!! Я ее не остановлююююю!!!! - мой крик ветром отнесло назад.
Оставалось надеяться только на Гошкин хвост.
Потом мы полетели по посевам... Так чуднО, трава цепляет тебя за ноги, отбрасывает стремена назад. Ты будто бы плывешь по этому полю, оно пускает тебя в свои волны, чтобы потом сомкнуться за тобой и поглотить твой след...
На шагу Катька снова закурила. Горбунок опять сокрушенно покачал головой. Так повторялось каждый раз, как мы шагали. Мы проехали деревню, Птичное с высокой кирпичной трубой, заехали в магазинчик за водичкой и пивом. После моста и куска асфальтовой дороги мы выехали на потрясающей красоты ромашковое поле. Представляете, море ромашек, уходящее за горизонт! Нежные беленькие звездочки... Пахнущие так спокойно, дружелюбно... Слева, за ромашками виднелось светло-зеленое поле, ровненькое-ровненькое, посредине которого возвышалось одинокое дерево. Как маяк. А над всем этим раскинулось синее-синее небо с белыми барашками облаков.
Потом были еще поля, мы снова скакали. Переходили вброд небольшие ручейки, грязь, кусты и высоченный бурьян. Халкины бинты и ватники уже давно болтались привязанные кожаными шнурками к Катькиному вестерн-седлу. После хромоты прошлым летом мне сказали бинтовать кобылу. Последний намек на хромоту прошел давно, но я все бинтовала по привычке. Именно с того дня я перестала ее бинтовать. Ну, разве только в прыжковые дни. Вот оно - Елизарово. Последний галоп. Горбунок, наша совесть, пытался уговорить ехать по дороге, а не по посевам. Безуспешно... Большое озеро. Вокруг него машины, купающиеся, громкая музыка, смех, разложенные на траве покрывала. Чуть впереди, через махонький кусок поля была заветная цель. Машина, машущие нам друзья...
Мы расседлали лошадей, которые были еще немного мокрые, привязали их к длинным веревкам и оставили пастись. Видели бы вы Халкину радость, когда она наконец "дорвалась"!
Около расставленных палаток кипела работа. Потрескивал небольшой костерок, сновали друзья, раскладывали и складывали вещи, смеялись, делились впечатлениями. Катькины родители пожелали нам приятного времяпровождения и уехали.
Приключения продолжались!

Глава 7 Вечер в лесу.

Не утешайте меня, мне слова не нужны.
Мне б разыскать тот ручей у янтарной сосны,
Где сквозь деревья алеет кусочек огня
И у огня ожидают, представьте, меня...
("Милая моя", Ю. Визбор. песня)


Мы решили пойти искупаться, пока еще не стемнело. Чтобы купать лошадей было поздновато, поэтому мы выбрались на озеро сами. Спуск в воду был из скользких бетонных плит. Хорошо, что на некоторых из них были какие-то неровности, по которым можно было карабкаться. Вода-то была теплая, но всему есть разумные пределы! Ирэн вылезла из воды первой, потом за ней застучала зубами Дётя, а я по обыкновению все не хотела вылезать. Так всегда, сначала очень долго вхожу в воду, а потом никак не могу вылезти! Поплескались, поныряли, поплавали - кайф!
Когда мы уже собирались к лагерю, подошел Ленька и угостил нас копченым волокнистым сыром. Жутко вкусным, особенно после купания. Т.к. с нами ездил еще один Леня, будем первого Леньку называть Swan, как мы все привыкли его узнавать в форуме.
Уже на полпути назад, нам повстречались Катрин с Женькой-Юджином, которые только шли устраивать заплыв. Мы же вернулись и стали возиться с вещами и ужином. На ужин был лаваш, шашлык из курицы, малосольные огурчики, Swanовский сыр, сухарики с дымком... все, кажется... Ну и много-много воды и пива. Ребята нарубили дров и щепок, которые мы потихоньку подбрасывали в костер. Мир и покой! Лошади фыркали совсем рядом, на опушке. Моя стояла дальше всех. Время от времени она переступала через корду, которой была привязана к 25-метровой веревке, и запутывалась в ней, но потом как-то сама выпутывалась. Я вообще поразилась. Кобыла могла наступить на корду обеими передними ногами, а когда пыталась поднять голову, и у нее это не получалось, она не впадала в панику, как многие, а убирала ножки. Одну аккуратно ставила на прежнее место, снова пробовала головой, а потом прямо поджимала под пузо вторую!
Катрин сказала, что где-то неподалеку должен был быть ручей с питьевой водой. Родник. При ослепительном свете моего игрушечного фонарика мы отправились его искать, но тут же сбились с дороги. Было уже совсем темно, ночь, тропинка заканчивалась, а родником и не пахло. Решено было пойти напоить лошадей из озера. Да, вода взбаламучена. А что делать? На кобыле был Катькин недоуздок и корда, которую я связала посередине узлом. Меня подкинули наверх, вскарабкались на Буньку с Гошкой и мы поехали через поле. Кобыла управлялась легко. Корда проходила только с одной стороны шеи, но это не мешало нам поворачивать как направо, так и налево. Свободный недоуздок не мешал останавливаться по первому же требованию. Даже с рыси. Ночью. В поле. И лопаться при этом от гордости!
Мы ехали по кромешной тьме. Даже сил фонарика не хватало. Где-то впереди угадывались очертания озера. Черной, страшной воды. Странно, при том, что я панически боюсь темной воды, мне было приятно на него смотреть, зачерпывать эту воду, чтобы показать кобыле, что это пьют. Где я могла ей достать автопоилку? А Халка упорно таращила на меня глазищи. Будто говорила: Я??? Из лужи??? Хозяйк, ты чего?
Пришлось сесть на Гошку и поехать в лагерь за тазиком. Одной через участок поля. На небе вспыхивали зарницы. В Москве, как выяснилось потом, была гроза. Из тазика кобыла пить согласилась. Всем своим видом дала понять, какое одолжение она мне делает, что снисходит до такого.
Бунька отвязался от колышка, и со звонким ржанием носился по полю. Его удалось поймать и снова привязать, только это закончилось очередным побегом. Восторг из него просто брызгал во все стороны! Гошка хранил невозмутимое спокойствие. Казалось, что он вот-вот скажет ему сквозь зубы "детский сад!". К Халке они оба относились с должным почтением, а она на них крысилась, не подпуская близко. Особенно на Буньку, почему-то. Казалось, что кобыла поставила cебе целью съесть все, что было вокруг зеленого цвета. Она перекидывалась с травы на листья, с листьев на хвою, с хвои снова на траву. С такой жадностью!
Вскоре приготовился и наш ужин. Куриный шашлык изжарился на костре, и на полянке витал неповторимый запах. Мы уселись вокруг костра. Марго рассказывала какие-то приколы, мы смеялись и уплетали ужин. Костер потрескивал, выбрасывая в воздух пучки искр. Время от времени из темноты выплывал Гошка, который был привязан ближе всех к лагерю, фыркал и снова скрывался в ночи. Мы с Иркой сходили проверить лошадей. Горбунок еще перед ужином накормил их овсом, и сейчас они снова "косили" траву, да так, что за ушами трещало. Чего нам стоило оторвать Халку, чтобы сфотографироваться!
Потом мы пели песенки, смеялись, снова пели и дальше трепались. Кто-то по неосторожности бросил в огонь пластиковую бутылку из-под пива, с завернутой крышкой. Разумеется, она выстрелила и разбудила Дётю, попав ей по ноге. Оказалось, что Дётька незаметно для себя заснула на мягкой пенке.
Время летело совершенно не заметно. Было решено, что первой будет дежурить Ирка, потом я, потом Swan и дальше остальные. Это был наш первый поход, поэтому мы еще не очень представляли, сколько должно быть дежурных и что они должны были делать. Было решено, что дежурному просто нужно будет пару раз за свой час проснуться и проверить, как там лошади. Мы сидели часов до пол3, т.е. до середины Иркиного дежурства, пока большинство не взмолилось, что больше не может и хочет спать.
Палаток неосмотрительно было взято 2. Одна трехместная, в которую забралось 4 человека, вторая двухместная, которую заняли трое... хуже всего, что мы с Иркой уже не помещались. Начал накрапывать небольшой дождик, мы подумали, что вполне могли бы несмотря на это обстоятельство устроиться под нависающими ветками деревьев. Как раз на поле лежали стога, мы решили немного сена перетаскать под ветки. Только мы вышли из-под деревьев, как на нас обрушился настоящий ливень... Лошади уже не паслись. Они дремали, время от времени отфыркивая потоки воды, струившиеся по носу. Сама не знаю, зачем, но я побежала за нашей попоной-дождевиком и укрыла Халлуню. Она была уже и без того мокрая, но мне почему-то казалось, что так будет лучше. Все-таки лошадь не походная, привыкшая к тепличным условиям душных московских конюшен. Сено, разумеется, было тоже мокрым, но это не мешало нам. Мы натаскали довольно большой стог, сделали в нем лунку, положили туда пенки туристические, на них спальники и застегнулись в них. Прохладно, сухо, уютно... здОрово! У меня была с собой любимая кассета, которую мы в одно ухо начали слушать в плеере. Тихая спокойная улыбающаяся музыка, шелест дождя, лошади рядышком... вон он - кайф!
Вскоре Ирка встала проверять лошадей. Я поняла, что для счастья мне не хватает только чтобы комары исчезли с лица земли... или хотя бы с моего лица. Эти постоянные высокенькие "зззззииииии!!!", которые заканчивались неприятными ощущениями на щеках...
Ирка, забравшись обратно, поняла, что ее мешок промокает. И тут появился Swan с вопросом, как там нам. Да не особо... Оказалось, что если расположиться в двухместной палатке не вдоль, а поперек, то в ней вполне помещается пять человек!
Помню, как всю ночь мне снилось, что я не сплю. Но судя по тому, что чтобы посмотреть лошадей я проснулась, я все-таки хотя бы какое-то время проспала. Я вышла, практически ничего не видя... Лошади не шевелились. Спали стоя. Дождевик валялся распростертый у Халлиных ног. Я поняла, что это бесполезно, но все равно подняла его, отряхнула и нацепила на нее обратно.
Когда была очередь Swan-а дежурить, Халка себя так оплела веревкой, что прикрутилась к дереву как Карабас Барабас бородой, и не могла пошевелиться! И Леньке пришлось перерезать веревку, привязанную к корде, распутывать кобылу.
С утра, которое началось у нас часов в 8, я поняла, что совершенно не отдохнула. Когда я вылезла из палатки, я окинула взглядом нашу полянку и оказалось, что почти все мои вещи оставались ночью под дождем. Что поделаешь, первый поход... Хорошо еще, что плеер и фонарик я убрала в пакет и взяла с собой в палатку. Мои штаны для верховой езды поменяли цвет и сильно отяжелели. В их удобном боковом кармане растворился сахар и превратился в гадкую клейкую массу. Майка, в которой я езжу, тоже была достаточно мокрой. Мы натянули над костром веревку и развесили на ней сырые пожитки. Хорошо, что седла и вальтрапы были сухие, их убрали.
Я была уверена, что нам предстоит дорога обратно своим ходом. Дётя, правда, с самого утра уже сомневалась, что выдержит еще одно такое испытание, тем более, что путь сюда был в основном под гору, значит обратно предстояло взбираться вверх... Но и оставлять подругу одну она не хотела, хотя я и предлагала ей такой вариант. Обратно уже было не так страшно, т.к. путь был уже один раз пройден, все трудные места известны.
Мы снова поехали поить лошадей, на этот раз сразу же вооружившись тазиком. Когда я подошла к Халке, она стояла и лениво жевала траву. Она вся была холодная, из чего я поняла, что она замерзла. Постепенно появлялось солнце и согревало всех нас своими лучами, что несказанно радовало. Ночь была прохладная, я сидела у костра в свитере, поэтому можно себе представить, каким было утро. Все небо было сплошняком затянуто белыми облаками, через которые мутным пятном пробивалось солнце. Через часок ему все-таки удалось разогнать облака, которые рассыпались по небу белыми барашками.
Тогда снова стало тепло и хорошо. Лошади отогрелись и заметно повеселели. Халка не стала пить. Понюхала воду и отвернулась. Видимо та вода, которая лилась на нее за ночь, утолила жажду.
Завтракали мы тем, что осталось с вечера, т.е. практически ничем. Но есть особо и не хотелось.

Глава 8. Путь домой.

Путь домой,
Путь домой,
Если мы придем домой.
Мы помянем этот ветер,
Если мы придем домой.
(песенка из к/ф "Пятнадцатилетний капитан")


Мы собрали вещи в рюкзаки, пакеты и пакетики и отправили их с Катькиными родителями, которые приехали в лагерь на машине в условленный час. Лошади были вычищены, поседланы, и мы выдвинулись в обратную дорогу. Сначала в седле сидели мы с Катькой и Женькой. Проехав поле и дорожку вдоль озера шагом, мы поскакали полевым галопом. Халка страшно удивилась, почему после шага не последовала тихая размеренная рысь, но тоже присоединилась к скакавшим впереди Гошке и Буньке. Мы отмеряли поле, остановились и поскакали было обратно. Тут удивилась и я. Какой смысл был мчаться полевым галопом вперед, чтобы потом с той же скоростью нестись обратно? Выяснилось, что я как-то пропустила план насчет обратной дороги. Марго, Леня и Swan сразу же уехали на машине с Катькиными родителями. Остальные шли пешком... Т.е. три человека ехали на лошадях, а остальные шли, поэтому мы, конечно, скакали, но должны были их все время ждать.
Мои глаза сразу же полезли на лоб. Как??? Я принялась доказывать Катрин, что нам с кобылой нужно было как можно скорее добраться до ее дома, чтобы Халка успела отдохнуть перед обратной дорогой в Москву. И тут выяснилась одна веселая деталь: дорогу до дома знала только Катька... Она, понятно, не могла разорваться между группой на лошадях и идущими пешком. Я решила, что можно попробовать выспросить дорогу поподробнее, понадеяться на свою зрительную память и на местных жителей, которые покажут дорогу до нужных нам населенных пунктов. Сначала нужно добраться до Птичного, потом до Жуковки... А там найдемся... Мы решили рискнуть.
- Гошка, в принципе, знает дорогу...- заметила Катрин и отправила нас с Ирэн в путь.
Мы ехали галопом и шагом. Много, хорошо отшагивали лошадей. Было жалко смотреть, как они на жаре меняют цвет от пота, как по 10 минут не могут перевести дыхание. А тени практически нигде не было. Слепящее жаркое солнце светило прямо на голову, ветра не было. К тому же я ехала в сарафане, т.к. мои штаны для верховой езды так и не высохли, и уже через 2 поля натерла себе ногу путлищем до синевато-бордовой ссадины. Мы проехали одно поле, другое, а потом запутались. Хорошо, что невдалеке мы заметили человека, к которому и понеслись галопом во весь опор. Человек опешил, когда его с криком "Извините пожалуйста!" чуть не снесли ветром две запыхавшиеся всадницы. Мы затормозили лошадей и стали кружить вокруг бедного дяденьки, выспрашивая дорогу до Птичного. Он сказал нам ориентироваться на высокую кирпичную трубу, ехать вон туда. Мы поблагодарили его и поскакали дальше. Проехав поле ромашек, я поняла, что левая нога больше не выдержит борьбы с путлищем. Я придумала потрясающий выход: с моего седла свисала свернутая корда, которой я обернула ногу по спирали, получилось что-то вроде гольфа. Пока я все это проделывала, Ирка держала за повод мою Халлуню, ехала, что называется, одвуконь.
Доехав до магазина в Птичном, мы купили попить одну большую бутыль газированного Святого Источника. Я что-то сразу же перелила себе во фляжку, но т.к. Халка просто не желала стоять на месте и постоянно куда-то двигалась, это сделать было крайне трудно. Они и вовсе поругались с Гошкой, пока Ирка ходила за водой. Слезть с кобылы я не могла, т.к. корда, обматывавшая ногу, крепилась другим концом к седлу. Поэтому Гошку я держала за повод прямо оттуда. При этом нужно было постараться сделать так, чтобы лошади не расходились слишком далеко, и в то же время Гошка не подходил к кобыле слишком близко, чтобы она не щелкала на него зубами. Если учесть, что оба ни на секунду не останавливались, а все время куда-то перемещались, моя задача была невообразимо трудной. Гошка таки получил "последнее предупреждение" от Халлы, и дальше быть бы ему покусанным, если бы не пришла Ирка и не взяла его.
Добрые "аборигены" показали нам дорогу до Жуковки и мы, один раз сбившись с пути, и быстро поняв ошибку, выбрались на нужную дорогу. Проехались по Гранд Каньону - буеракам из красной глины. Нам оставалось всего ничего, хотелось это поскорее проскакать, но лошади все не высыхали. Солнце давило на мозги, слепило, но мы держались стойко. Где-то даже удалось по кромке леса пройти по теньку. Последнее поле мы, было, выслали их галопом, но лошади ясно дали нам понять, что скакать им больше не в радость. Они нас слушались, но того азарта от бешеной скачки ни у того, ни у другой уже не было.
Впереди мы увидели ряд абсолютно одинаковых недостроенных коттеджей. По совету Катьки мы обогнули их слева. Гошка пытался нас отговорить. Он заупрямился и попытался повернуть направо. И нет бы нам вспомнить золотые Катькины слова, что Гошка знает дорогу... Нет, мы пошли налево. Там была даже не тропинка, а узенькая полосочка притоптанной земли. У местных жителей мы узнали, что идти нужно было направо, Катька, оказывается оговорилась. Даже нашлись провожатые. Вот они ворота. Охранник при входе что-то нас спросил, мы ему что-то объяснили. Я уже плохо помню... главным тогда было поскорее добраться до какого-нибудь тенька. Катькины двери были заперты, ее родителей не было дома, поэтому мы прошли дальше по дороге, туда, где был отгороженный кусок леса. Там мы устроились на корнях деревьев, расстегнули лошадям подпруги и дали им попастись. Подлый Гошка наступил мне на ногу своей подковой. Я закричала не столько от боли, сколько от ужаса, т.к. почувствовала, что мой большой палец сплющивается... Хи-хи... И это у меня еще были кеды с высокими резиновыми бортиками...

Глава 9. Солнечный удар.

Красные глюки сползают по стенам
Медленно-медленно, плавно-плавно,
Потом проползают по коридорам
И исчезают в ванной, в ванной, в ванной...
("Глюки", Агата Кристи)


Где-то через полчаса мы услышали далекое ржание. Это, без сомнения, был Бунька. Приехали, значит? Но за нами никто не зашел. Не помню почему, но мы еще какое-то время просидели под деревьями. Когда Буян снова заржал, мы поковыляли к дому. Да, все уже были там. Где-то через час после нас прибыли. Мы вошли, и нашему взору открылась картина: в палисаднике, на солнцепеке на траве лежала на земле Катрин, а чуть поодаль, спиной к забору, плечом к столбу, сидела Дётя с закрытыми глазами. Обеих поливал из шланга Горбунок. Обе не подавали признаков жизни... Мы еще посмеялись над ними, что-то сказали. Они, кажется, даже улыбнулись... Мы завели лошадей, Халку я оставила в леваде. Я очень хотела смыть с нее пот, поэтому, сняв седло, снова привела ее в палисадник. Горбунок держал ее, а я поливала ее из шланга, смывая белую пену. Халлуня вертелась и крутилась, не давая попасть по ней струей воды, но мне все-таки удалось ее с ног до головы облить и протереть. Шерстка сразу стала шелковистая, кобыла перестала быть такой горячей на ощупь. Сделав черное дело, я отправилась к друзьям. Дело в том, что когда Катьку подняли и сопроводили в беседку, Горбунок подошел к Дёте и сказал: "вставай, пошли!", на что услышал "Ой... меня что-то тошнит..."
Пока я возилась с кобылой, бедной Дётьке стало совсем плохо... Когда я пришла, она скрючившись лежала на лавочке в беседке и ее периодически выворачивало наизнанку... Мы все оказывали ей посильную помощь. Катрин тоже вскоре показалась и даже о чем-то стала расспрашивать народ. Потом она легла на другую лавочку и уснула.
По дороге к Катькиному дому было куплено 3 пиццы, которые Горбунок изжарил на мангале. Их порезали на 6 частей и начали раздавать. Детька уже немного пришла в себя к тому времени. Прошел где-то час после их прибытия, а может и больше... Мы стали будить Катрин. Ее звали, толкали, трясли, даже похлопывали по щекам. Катька даже не двигалась... Мы все перепугались. Минут через 5 она уверенным голосом, не открывая глаз, сказала "Угу!", а еще через какое-то время поднялась.
- Дайте пива... - слабым голосом пробормотала Катрин. - И закурить...
Эх, не оказалось рядом Горбунка, чтобы ее прищучить! Отхлебнув пива и выкурив сигарету, Катька заговорила вполне бодрым голосом. Села, съела свои куски пиццы.

Мы поняли, что у обеих был солнечный удар...

Глава 10. Все хорошо, что хорошо кончается.

I was bruised and battered,
Couldn't tell what I felt
I was unrecognizible to myself,
Saw my reflection in a window,
Didn't know my own face...
("Streets of Philadelphia" Bruce Springsteen)


Катька считала, что нам нужно ехать своим ходом. Ирка считала, что нам нужно поехать на машине с Катькиными родителями до Калужки, а там сесть на автобус. Мы с Дётькой, которая уже более-менее оклемалась, так хотели есть, что думали по той самой тропинке добрести до МакДональдса, посидеть там, и только потом сесть в автобус на Калужском шоссе.
Халка считала, что она не сможет больше вынести на своей спине даже седло... Новый красивый вальтрап натер ей спину. Даже когда я гладила ее по спине, она прогибалась. Я чувствовала за собой жуткую вину. Втянула бедняжку в авантюру... Халлуня явно не чувствовала себя плохо, просто устала и у нее болела спинка.
Катрин любезно согласилась оставить у себя кобылу на день, пока я найду коневоз. Она же дала мне мобильный Иры из Реннена, которая должна была знать телефон Коммунарки, где есть ну очень дешевый коневоз.
Ирка с Горбунком уехали. Мы еще какое-то время посидели, а потом вместе с Женькой тоже поехали с Катькиной мамой. На наш вопрос, далеко ли будет до МакДональдса, она спросила: "Так вы, наверно, голодны!..." и через пару минут мы уже жевали вкусные большие бутерброды с сыром и запивали их колой. Катькина мама быстро домчала нас до остановки маршрутки, в которой мы потом с полчаса прождали народ, чтобы поехать.
Сил не было даже на то, чтобы потрепаться. Усталость от путешествия, жесткое спанье, 4 часа сна, слепящее солнце - все это сказалось. Мы были МЕРТВЫЕ... Я стала слушать ту самую кассету Високосного Года, которую недослушала ночью, и постепенно пришла в чувства. Я стала бодра... весела... Прямо как в фильме!
Женька, оказалось, был походником со стажем. У него был один огромный рюкзак, а не серия пакетов и пакетиков, как у нас. Кроме того, он с вечера убрал свои вещи в предбанник палатки, поэтому все было сухое, в отличие от наших разбросанных по всей полянке пожитков.
Через полчасика мы были на Теплом Стане. Каждое движение причиняло невообразимые мучения. Несмотря на этот факт, мы героически одолели весь длиннющий переход на Теплом Стане и таки попали в метро. Сели. Пытались даже о чем-то разговаривать.
Как я добралась до своей Маяковки я уже плохо себе представляю. 7 минут до дома я шла все 15 минут. Набирая код, я с трудом попадала по кнопкам. Дверь открылась... первая лесенка... 6 ступенек... вторая дверь... лестница до лифта...
....
Минута молчания...

Лифт был сломан...

4 этаж был слишком далеко... Безнадежно далеко... Усталость, недосып, солнце, оставленная кобыла, лифт - все это как-то сразу накатило, и я расплакалась...

Эпилог

Вечером того же воскресенья я созвонилась с Ирой из Реннена, получила заветный телефон. Позвонила Катрин. Ее родители сказали, что Катька очень устала и спит, а с Халкой все в порядке, ни на что не жалуется. У меня отлегло от сердца. Вечером в понедельник мы вывезли Халку с Коммунаркинским грузовиком. Доброжелательный водитель грузовика, Олег, с вытаращенными глазами слушал историю про то, как моя Халла оказалась под Троицком.
Кобыла очень быстро зашла по крутому трапу в грузовик и на удивление спокойно всю дорогу себя вела. В Тропарево мы приехали достаточно поздно. Часов в 10. Из нашего денника на нас таращилась любопытная мордашка нового арабчика по имени Мариолас. Нам оставалось занять денник рядом, длинный и узкий. Между двумя жеребцами. Прикол был в том, что Халка как раз была в охоте. Любопытный Марик с первых секунд потянулся через разделяющую их с Халлуней деревянную перегородку знакомиться. Дело в том, что с той стороны, где стоял Марик, у перегородки до потолка не хватало двух досок. И стоило рыжему только поднять нос над перегородкой, он сразу учуял то, что искал... Бедный конь начал ржать, забираться на стенку, по самые плечи залезал в Халкин денник. Кобыла терпела-терпела, а потом стала отбивать по перегородке. Концерт какое-то время забавлял, а потом стало страшновато.
Казалось, рыжая туша Марика вот-вот все сломает и заберется к Халлуне в денник. Я побежала к Леше и Денису, ремонтировавшим ограду плаца в дальнем от конюшни углу. Я хотела попросить их что-то придумать, чтобы прекратить этот концерт, но тут со стороны конюшни раздался громкий треск. Леша побросал свои инструменты и со всех ног побежал в конюшню. Марик был весь мокрый, во весь голос ржал, кидался на стенку, а под ногами его была сломанная доска. Это Халка отбивала по ней и таки сломала.
Дальше было жутко смешно. Мы поменяли местами Халлуню и мерина Факта, стоявшего напротив, в просторном деннике. Обезумевший Марик не заметил подмены, за стенкой маячило что-то гнедое. Он снова полез на перегородку передними ногами и просунул над ней свою рыжую башку. На той стороне его встретил изумленный такому радушному приему Фактовский нос... Марик чуть не свалился!
Это мне напомнило фильм "Карнавальная ночь", когда Гурченко говорит Грише "Ну ладно, закрой глаза!" и тихонько убегает. Гриша подождал и говорит: "Ну поцелуй же меня!", а мимо как раз проходил усатый дядя со шваброй, разгладил усы и поцеловал его в щеку!
Хи-хи! Ситуация была один в один. Факт, понятно, никак не ждал, что соседний жеребец на стенку полезет, чтобы с ним познакомиться. Когда над перегородкой появился безумного вида сосед по самые плечи, Факт удивился, поднял голову и как бы сказал "Ну, здравствуй!", дотронувшись до рыжей морды носом.
Марик был в отчаянии...

P.S. После таких приключений я с недельку собиралась с мыслями, а потом решилась на еще один поход, с Аванпостом. Как же было здОрово! Но это уже другая история...

 

Рейтинг@Mail.ru
Находится в каталоге Апорт
Лошади и конный
спорт
КонеТоп